Ранее единственным основанием для включения в реестр считалось именно иностранное финансирование.
По словам заместителя министра юстиции Олега Свириденко, в 2025 году только около 4% лиц и организаций, внесённых в реестр «иностранных агентов», получали иностранное финансирование.
Остальные примерно 96% получили этот статус из‑за «иных форм влияния» других стран — это около 206 из 215 внесённых в 2025 году, по подсчётам правозащитных организаций.
Замглавы Минюста отметил, что доля случаев, связанных с зарубежным финансированием, снижается ежегодно, тогда как темпы пополнения реестра растут: в 2025 году ведомство включило в него на треть больше «иноагентов», чем в 2024‑м.
В 2022 году Минюст получил право признавать людей и организации «иноагентами» на основании нахождения под «иностранным влиянием».
Широкая формулировка позволила властям присваивать этот статус гораздо шире, тогда как ранее требовалось доказать получение денег из‑за рубежа.
«Если бы сейчас единственным признаком осталось зарубежное финансирование, то это было бы всего около 4% — и мы бы искали эти деньги. Но деньги там и не нужны — действуют другие формы влияния», — заявил замминистра.
- Статус «иностранного агента» используется для дискриминации и политического преследования: люди с этим статусом существенно ограничены в правах, а правоохранительные органы регулярно возбуждают уголовные (ст. 330.1 УК) и административные (ст. 19.34 КоАП) дела за нарушение обязанностей «иноагента».
